Вопросы образования

Надежда Октябрьская СНЖ 5.09.2020 18:54 | Общество 64

«СОЮЗ НАРОДНОЙ ЖУРНАЛИСТИКИ»

Фото отсюда

«Ибо чем еще другим я могу больше и лучше послужить государству, нежели обучением и воспитанием юношества»?

Цицерон

XX век справедливо можно считать прогрессивной и вместе с тем, более нравственной эпохой, чем наш век. Советское образование некогда было признано лучшим в мире. И хотя некоторые блогеры пытаются спорить с этим, достаточно вспомнить, что с момента окончания Великой Отечественной войны прошло всего 16 лет до триумфального полета Юрия Гагарина в космос. Именно Гагарин стал первым космонавтом, который совершил такой полет. Это был триумф советской науки и образования — всего за 16 лет из разоренной и разрушенной страны превратиться в космическую державу. Но теперь, когда Россия отказалась от советского образования, что мы имеем? Российские спутники падают в океан, а мы 20  лет слушаем рассказы о том, что «раньше было хуже». 20 лет разговоров против советских 16 лет работы. Разве это не является лучшим доказательством того, что в 1991 году мы пошли по дороге регресса и как-то поленились свернуть с нее? Посмотрим на реалии современной российской школы.

Мэр Магадана Юрий Гришан заявил, что бюджету не хватит денег для оплаты труда учителей до конца 2020 года и на строительство новой школы взамен старой, построенной еще в 1939 году.

Насколько ценится учительский труд, стало ясно после слов Дмитрия Медведева – бывшего президента РФ, премьер-министра, а ныне заместителя руководителя Совета безопасности. На форуме «Территория смыслов» в 2016 году произошел примечательный диалог между учителем из Дагестана и бывшим премьер-министром РФ.

Учитель задал следующий вопрос: «Почему учителя и преподаватели получают зарплату в 15 тыс. руб., а представители силовых ведомств 50 тыс. руб и выше? Я считаю, что наша задача не менее важная и ответственная, тем более они работают с последствиями наших ошибок, а у нас есть возможность, если государство поддержит, искоренить эти причины».

На что Медведев ответил: «Меня часто спрашивают по учителям и преподавателям. Это призвание, а если хочется деньги зарабатывать, есть масса прекрасных мест, где можно сделать это быстрее и лучше. Тот же самый бизнес. Но вы же не пошли в бизнес, как я понимаю, ну вот»

Есть еще масса проблем, мешающих работе педагогов. Одна из них – бюрократия. На это неоднократно обращал внимание директор школы в поселке Вахруши в Кировской области, учитель истории, публицист и блогер Игорь Олин.

Профессор кафедры психологии ФГБОУ ВО «Московский педагогический государственный университет», доктор психологических наук Любовь Черемошкина перечисляет ряд других проблем российской школы: низкое качество учебников, низкое качество стандартов, коррупция, проблемы психологического здоровья детей, отсутствие подготовки школьников к будущей жизни, финансовые, организационные, кадровые и другие.

Может быть, все вышеперечисленное, а также «воровство сотнями миллионов» на строительстве космодрома «Восточный» как раз и послужило косвенными причинами падения российского спутника? А вот противоположный пример: в этом году Китай запустил первый спутник на Марс. Но это только один пример, а вспомните о том, что многие из нас пользуются смартфонами и мобильными приложениями китайских марок. Магазины и рынки завалены мелкими бытовыми товарами из Китая и бытовой техникой. Китайское производство развивается бурными темпами и заполняет рыночные ниши там, где Россия не способна занять их своим продуктом. Российские товары в продаже сейчас встретить трудно, а если найдешь, продавцы о них отзываются нелестно. Когда-то я приобрела коврик для китайской компьютерной мыши, и тот оказался китайским. Кажется, наш рынок товаров завоеван этой бурно развивающейся страной. Такой экономический прорыв не мог возникнуть на ровном месте — для этого нужно большое количество специалистов. Взглянем на подход к образованию в Китае на примере рассказа учительницы Анастасии Купянской, которая эмигрировала в эту страну и занимается преподаванием языков.

«Я живу в провинции Аньхой, город Луань. По местным меркам это маленький город — здесь живут «всего» два миллиона человек. Работаю в Западном Аньхойском университете — это самый крупный вуз в провинции, в нём учатся около 24 тысяч человек. В университете готовят специалистов по разным направлениям, в основном инженерным и языковым. Занимает он целый остров — тут и учебные корпуса, и общежития, и преподавательские дома. На этой территории ещё довольно много школ и четыре колледжа.

Я веду у китайских студентов два курса по разговорному английскому языку — обязательный Oral English Practice и факультатив для всех желающих. Китайские вузы заинтересованы, чтобы такие дисциплины вели именно иностранные преподаватели. Сами китайцы по менталитету чересчур стеснительные. Им неловко выступать перед большой аудиторией, тем более на иностранном языке.

Сейчас я работаю 12 часов в неделю, в пересчёте получаю 80 тысяч рублей. По сравнению с общим уровнем эта зарплата считается маленькой

Мне предлагали место в детском центре в Сучжоу, недалеко от Шанхая, за 150 тысяч рублей в месяц. Но там надо было работать каждый день.

По окончании контракта мне положен годовой бонус (около 160 тысяч рублей) и три месяца оплачиваемого отпуска — в июле, августе и феврале, когда в Китае празднуют Новый год.

Недавно в Китае приняли закон, что иностранец может преподавать здесь только родной язык, поэтому по контракту я — учитель русского языка.

Жильё — и мне, и китайским преподавателям — предоставляет университет. У меня двухкомнатные апартаменты с балконом в преподавательском доме. 

На каждом курсе у меня есть «co-teacher» — китайский преподаватель, который должен вести занятие со мной. 

Каждую неделю ответственный студент присылает мне список тем, которые они хотели бы обсудить на занятии. В начале урока я всегда спрашиваю, что у них нового. Потом мы играем: им очень нравится игра, когда на лоб наклеивают бумажку со словом, а окружающие должны угадать, кто есть кто. В отличие от России, здесь в языковых классах очень много студентов.

Здесь на прошлой неделе я вела занятие у группы из 120 студентов. Минимум, с которым мне довелось работать, — это 40 человек.

Но китайские студенты ведут себя совершенно иначе, чем российские. Дисциплину держать на уроке не составляет вообще никакого труда. Они всегда тихие и заинтересованные, а к преподавателю относятся с уважением. Профессия учителя здесь почитаемая. Некоторые мои знакомые даже всерьёз называют её священной.

У меня нет офисных часов, а, следовательно, никакой бумажной работы и составления планов».

Китайская школа приучает детей к порядку, дисциплине, прививает любовь к физкультуре в легкой игровой форме.

 

Все это говорит о том, что государство заинтересовано в воспитании творческой и физически здоровой молодежи. Это и логично – от молодежи зависит будущее страны. Кому-то такие оценки китайской системы образования могут показаться приукрашенными, но ведь значение китайского экономического чуда не преувеличено, и мы можем в этом убедиться сами, зайдя в любой магазин.

Так почему Россия настолько отстала от Китая в техническом и экономическом плане? Потому что ее власть вовсе не стремится развивать страну и не заботится о здоровье подрастающих поколений. Поэтому учителя перегружены бумажной работой и получают низкие зарплаты, а им советуют «идти в бизнес». У них практически не остается времени на творчество, а ученики, видя уставшего от бумажной работы преподавателя, сами не увлекаются предметом. На китайские примеры стоит взглянуть не для того, чтобы позавидовать, а чтобы понять, что возможен иной, более успешный подход к образовательному процессу. У нас, сторонников мирного и законного преобразования страны есть и свои предложения, они изложены в Программе Сулакшина «Настоящий социализм. Новая стратегия успешной России»:

Возвращение доброй русской традиционной школы, добрых и честных учебников, добрых и умных сказок и игр нашим детям. Вернутся единая школа «одного коридора» и традиции русской педагогики. В школу вернутся воспитание и труд, в том числе — воспитание в духе истинного патриотизма; вернется уважительное отношение к учителю. Школа избавится от проклятия «сферы услуг» и необходимости зарабатывать. Государство вернет свою ответственность за бесплатность, обязательность и доступность всеобщего образования. Школа вновь будет учить и наставлять, воспитывать и помогать становиться настоящим Человеком и патриотом своей Родины. Учебники для страны станут едиными. Госзаказ и законодательные регуляции вернут добрые и умные сказки, мультфильмы, юношеское кино и компьютерные игры. Будет принят закон «О защите нравственности, психического здоровья и психологического состояния потребителей продукции СМИ, интернета, издательской деятельности» (уже разработан). Вернутся станции юных техников, детские и юношеские журналы, пропагандирующие знания и творчество, специальные физико-математические и, соответственно, гуманитарные специализированные школы, помогающие найти и поддержать российские молодые таланты. Появятся специализированные телеканалы. Учитель вновь станет и по уровню оплаты труда, и по общественному признанию уважаемым в обществе человеком».

Экономические и технические успехи других стран подталкивают к мысли, что России давно пора серьезно заняться системой образования. Разве не пора задуматься о российском экономическом чуде? Разве не хочется взять в руки отечественный смартфон и гордо сказать, что он ничем не хуже китайского? И это возможно. Надо только изменить отношение государства к молодежи и образованию. К сожалению, такого патриотичного поворота российская власть за все 20 лет путинизма не совершила. Вероятнее всего, эта задача предстанет уже перед другими людьми.

Надежда Октябрьская, Союз Народной Журналистики, команда поддержки Программы Сулакшина

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора

Популярное за неделю